Контакты с автором

Сяду и напишу высокую прозу.

Сегодня я гений.

Бытописателем был и очеркистом, хроникером и паникером, футуристом и постмодернистом, просто талантом и графоманом, но сегодня я гений. В моем рассказе будут задаваться проклятые вопросы, упоминаться Создатель и творение, мысль и гармония, порицаться лень и гордыня людские, равнодушие и нежелание мыслить самостоятельно. Корпоративное устройство мира и уничтожение культуры, как сознательный выбор человечества, подвергаться суровому обличению. Сравнения и стиль выйдут лучше набоковских и прустовских. Аберрации смыслов изящнее, чем у Венички Ерофеева. Герой будет трогательным и выпукло зримым, трагичным и живым. Вы даже почувствуете сладковатый запах пота, пробивающийся из под его любимого парфюма «Эгоист». Сюжет авантюрно-плутовским и нелинейным. Протагонист сыпать афоризмами и мудрыми сентенциями. Его бонмо станут поговорками в русском языке, подобно строкам Грибоедова. Авторские отступления наполнятся грустной иронии и тайной печали. Но эта печаль будет светла и оптимистична. Да. печаль оптимистична!

Мир это война, а любовь это ненависть!

Этакий синтез Шекспира и Оруэлла, да с изрядным добавлением абсурдизма и фантасмагории, как у Кафки и Ионеско. Нынешняя мутная эпоха четко отразится в зеркале повествования. Кроме того, текст наполнится не только метафорами, но и тайными смыслами на основе математических парадоксов и загадок, как в кэрроловской «Алисе в стране чудес». Философии рассказа приблизится к сократовской и фрейдомарксиской, но еще в нее добавится конспирология и алхимия, как у Мирче Элиаде.

Конфликт станет трагичен и неразрешим, страсть неодолима, а выбор героя неизбежен.

Саспенс будет, как у Стивена Кинга, а поэтичность выше гоголевской.

Форма авангардной, а наполнение в русле традиции.

Оккультные занятия героя получат подтверждения своей истинности в конце.

Сам текст будет тайным ритуалом, как «Восход Люцефера» Кеннета Энгера.

В рассказе будет ровно тридцать слов и все они начинаться на различные буквы, вместе составляющие род акростиха.

А русский язык обогатится неологизмами, придуманными мною.

В рассказе я докажу существование Творца и разгадаю смысл жизни.

Прочитав рассказ, вы будете плакать и смеяться одновременно. Затем испытаете оргазм и катарсис. Потом глубоко задумаетесь, вздохнете и решите, что жизнь прекрасна.

Итак: « Светало...»

 

 

Так называется книга Кэмерона Пирса. О чем в ней речь и стоит ли ее читать, чуть позже. В этом кратком обзоре популярной англо американской литературы жанра хоррор, расскажу вам о нескольких знаковых авторах и их произведениях.

Американец Брайан Поппи родился в 1967 году. Он трансгендер. Вырос в семье хиппи. Изначально его звали Меллиса Энн Брайт. Он предпочитает, чтобы к нему обращались в мужском роде. Живет Поппи в Новом Орлеане. Действие в его книгах происходит там же. Он автор романов «Потерянные души», «Рисунки на крови» и «Изысканный труп». Герои этих книг гомосексуалисты- вампиры, гомосексуалисты-маньяки и простые людоеды-геи. Поскольку автор глубоко в теме, то и персонажи яркие, описание их жизни выпуклое и зримое, как гульфик извращенца при виде объекта своей похоти. Надеюсь, что сцены каннибализма и вампиризма не зарисовки с натуры. Хотя кто знает? Поппи пишет в жанре сплаттерпанк. Натуралистично описанные сцены насилия, обилие среди протагонистов социопатов, извращенцев и садистов, сексуальных сцен БДСМ обеспечили автору популярность в определенной страте читателей. Основоположником жанра сплатерпанк считается Клайв Баркер, автор изданных на русском «Книг крови». Один рассказ Баркера - «Полуночный поезд с мясом» был экранизирован Рюхэем Китамура в 2008 году. У нас эта лента известна как «Полуночный экспресс».

Дальше предложение-спойлер.

Кто будет смотреть этот фильм, не читать.

Идея фильма в том, что своим благополучием Нью-Йорк обязан отцам-основателям. Они чудовищные существа, обитающие в подземельях метро и предпочитающие питаться человеческим мясом.

Нелегкая жизнь простого гея Брайаном Поппи описана с проработкой характеров, пониманием мотивации и почти полной невозможностью любви в таком сообществе. Так проникновенно, это каламбур, из отечественных авторов писал о голубых только поэт Харитонов. Основная мысль автора - настоящая любовь обретает свою полноту только с полным поглощением объекта страсти. То есть его поеданием. Человек-жертва не лишен субьектности, что выгодно отличает опусы автора от подобных им повествований. Чтение увлекательное, если вы толерантны. Приведу одну цитату из книги «Изысканный труп»: «Спроси меня что угодно. Спроси, как я проблевался чуть не до желудочного сока, когда первый раз разрешил ему вставить мне. Спроси, как он вошел мне в рот и я чувствовал вкус смерти, расплескавшийся на языке, текущий вниз по гортани, проникающий во все ткани. Спроси меня про телефонные звонки, которые длились до рассвета, а клейкая от слез и пота трубка липла к уху. Спроси все, что хочешь. Пожалуйста, пап, спроси что угодно, кроме этого».

Интересно, что именно к Поппи Брайт обратилась вдова Курта Кобейна после самоубийства мужа в 1996 году с просьбой написать ее биографию. «Кортни Лав. Реальная история» вышла в 1997 году.

Вы думаете, что после книг Брайана мне нечем вас удивить? Это не так. Эдвард Ли, бывший военный, 1957 года рождения. Служил до занятия писательством в первой бронетанковой дивизии США в Германии. Его называют самым экстремальным из экстремальных авторов. Как утверждают критики, в Америке он обрел статус культового. Некоторые читатели на фанатских форумах сравнивают его произведения с баснями Эзопа. Наиболее известные его романы «Роголом» и «Головач». Головач - это древняя традиция реднеков и род соития. Суть его в том, что в черепе человека, выбранного для особого рода наслаждения, пробивается или высверливается отверстие, куда герой или герои такого действа сношают несчастного. Вот цитата из книги: «Кто-то режет тебе шины, ты сжигаешь его амбар. Потом он насилует твою сестру, а ты убиваешь его сына. А потом, когда уже не знаешь, как его переплюнуть... устраиваешь "головач", или "мозготрах". Ловишь жену или дочь того парня, собираешь своих сыновей и трахаешь ее в башку. Как-то так. Я вырос в этих краях, поэтому знаю. Здесь самое страшное, что ты можешь сделать с кем-то, это устроить "головач" кому-нибудь из его родни».

В 2006 году его повесть “Header" была экранизирована.

Бентли Литтл, писатель, много издающийся на русском. «Кочегарка», «Ассоциация», «Хранилище» и другие, с позволения сказать шедевры, пользуются хорошим спросом, видимо, из-за лихо закрученного сюжета, мистической составляющей и неповторимой атмосферы зла, царящего в его книгах. Стивен Кинг назвал его «ветром, вознесшим жанр ужасов на новые высоты». Родился в 1960 году, живет в Калифорнии. Даже Чак Паланик, в основном запомнившийся публике по экранизации его «Бойцовского клуба», не отваживается описывать так подробно, до запахов и тактильных ощущений все мыслимые и немыслимые сексуальные девиации. Обязательный хэппиэнд у Литтла - как вишенка на торте из фекалий, крови и разлагающегося мяса. Выберу самую целомудренную цитату из романа «Университет»: «Перед тем, как наконец уйти из "магазина игрушек для взрослых", Харт остановился у витрины с резиновым пенисом гигантского размера — такой нормальной женщине и в кошмарном сне не приснится!

 

— Как тебе нравится эта штучка? — игриво осведомился Харт.

 

  • О-о-о!!! — протянула Фейт и сладострастно облизнула губы».
  • Интересно, что у Бенттли Литтла в романе «Окраина» есть среди действующих лиц русская бабушкА и домовой.
  • Мэтью Стокоу - автор культовой книги «Коровы», издававшейся у нас в серии «Классика контркультуры». Он родился в Соединенном Королевстве, живет в основном в Санта Монике, США. В дебютном романе Мэттью, герой повести кормит свою мать собственным дерьмом, надеясь, что та сдохнет от отравления. Она же ест фекалии, чтобы не показать сыну слабину.
  • В основном действие происходит на бойне, забойщики время от времени трахают коров и друг друга в отверстия как естественные, так и проделанные различными инструментами. Господь упоминается в «Коровах» в шокирующем контексте. Вот цитата:
  • -Любуешься на Его творение?
  • - Чего?
  • - Здесь одна часть - это то, что можно съесть, чувак, а другая - то, что говно. Не больше.
  • Жанр, в котором властитель дум работает, обозначают как сплаттерпанк с элементами нуара.
  • Тим Миллер написал много книг, «Ад. Штат Техас» изобилует такими трогательными деталями, как мебель, изготовленная из живых еще людей, всеми возможными сценами изнасилования и убийств. В этой повести действие происходит в маленьком американском городке, жители которого поголовно садисты, маньяки и психопаты. То, что они творят с беспечными туристами, отвратительно даже для закаленных любителей литературы ужасов. .У молодой героини не задался день: «Это было уже слишком страшно. Хотя у Дианы весь день прошел страшно. Ее избивали, насиловали всеми возможными способами. А теперь ее парень предстал перед ней в облике мутанта-франкенштейна». Один фанат на форуме, посвященном автору оставил следующий отзыв на эту книгу: «Расчленёнка. Да, тут её до фига, на радость всем gore-поклонникам. Я тоже люблю расчленёнку, но здесь она как-то совсем не радует. Она плохо описана и её так много, что начинаешь реально уставать». Надо понимать, что эти авторы не извращенцы, выплескивающие свои грязные фантазии на читающую публику. Их книги - это высокий профессионализм плюс хороший маркетинг. Что поделаешь, если читатель пресытился всем, что только мыслимо? Изобретать немыслимое, верно? Одни предпочитают Данте Алигьери и Эразма Роттердамского, их очень мало. Другие же, их намного больше, сплаттерпанк, биззаро. Большинство любит детективы Марининой, Дашковой, в лучшем случае Бориса Акунина Ну и дамские романы. Можно пытаться подняться в небо, можно стремиться вниз, на самое дно адского пекла.Это вопрос нашего вполне сознательного выбора.

Что до заглавной книги, то «Жопогоблины из Освенцима» Кэмэрона Пирса - книга в жанре bizarro. Это литературный эквивалент культового авторского кино. Купить можно на Амазоне. Послушать ее я не решился. Должна же остаться интрига и хоть какая-то тайна в мире, где сброшены все покровы с существа, по недоразумению еще именуемого человеком разумным. Читать ли эту книгу, решайте сами. Экскурс в темные закоулки сознания угасающей цивилизации на сегодня завершен.

 

 
Оле Лукое, мерзкий карлик с лицом невинного ребенка, пахнущий сыром и кладбищенской землей, живущий в доме из человеческих костей, радующийся только смерти и горю. Он приходит ко мне по ночам, садится в изголовье кровати и, болтая ногами в красных сапожках, показывает сны. В них меня пытают и убивают тысячами изощренных способов, мир похож на лабиринт тюремных коридоров и больничных палат, небо черное, а земля исторгает из себя разлагающихся покойников, которые, не ведая, что уже давно мертвы, бродят по земле в поисках, чья суть не постижима для живущих. Я ненавижу свое ложе, пропитанное потом смертных страхов, ненавижу и боюсь его самого, находящего удовольствие только в моих страданиях. Когда засыпаешь и наступает момент между явью и забытьем, тонкий, дрожащий морок, в котором слова, звучащие в твоей голове, имеют иное, вывернутое наизнанку значение, образы, проплывающие перед тобой двоятся и троятся в логике, непостижимой во время бодрствования, в этот самый миг наступает время истомы. Той сладкой смертной истомы, покорности ходу вещей и неизбежности происходящего, которую испытывает жертва маньяка. Миг, когда смерть, избавительница от боли и страха уже скоро и ты понимаешь, что освобождение близко, покой небытия желанен и достижим, мучения позади, наступает момент кристальной тишины, становится ясно устройство мира, замысел Создателя и ты тонешь в светлом тумане видений, забывая себя и освобождаясь от тела. Приходит реальность, которая и есть подлинная, но сокрытая от нас днем с бесконечным милосердием к человеку, который постигнув ее наяву, просто сошел бы с ума, настолько она вне и не для человека. Ты понимаешь, что мир это набор слов и за ними нет ничего, кроме страха перед его бесчеловечным механизмом. Понимаешь, что все романы и поэмы, картины и симфонии, фильмы и скульптуры великих мастеров суть лишь декоративная ограда, скрывающая бездну, падение в которую будет вечным и ожидает каждого человека. Все это лишь химеры, фигуры, составленные из неверного света и тени, лишенные плоти и смысла, души и жизни. Оле Лукое любит рассказывать истории со счастливым концом, понимая его как мучительную смерть и потерю близких. Он считает человека ошибкой, уродством, нечистью, куском разлагающегося годами мяса, ему милы насекомые с их рациональным устройством тел и многообразие красок. Состоит Оле Лукое на треть из ржавой болотной воды, на треть из мусора, оставшаяся часть, это моя боль. Он ей питается, смакуя и находя разнообразие вкуса. Избавится от него невозможно, он часть меня, это вся та ложь, которая была сказано мною за годы жизни, все предательства, мною содеянные, все мои неверные выборы, праздные часы лени, все рассветы, которые я проспал, нежась в мягких постелях, все украденные мною мысли, которые я выдавал за свои.
Скоро полночь, Оле Лукое сидит подле меня и насвистывает веселую песенку, я борюсь с закрывающимися от изнеможения веками, боясь уснуть, но глаза смыкаются, Оле Лукое заботливо подтыкает мое одеяло и смотрит в окно, на ночные улицы, тусклые огни фонарей, дрожащие светляки звезд, гривенник луны, катящийся по небу. Глаза его грустны, ему опротивела навязанная мною роль, но он играет ее, как подобает покорной марионетке, зная, что выбора у него нет, пьеса должна идти так, как задумал автор и воплотил режиссер, а актер лишь читает текст в пустом зале и гримасничает, изображая радость или горе, думая о прохудившемся носке, убогой каморке под крышей, близких гастролях в забытых Богом городках и все, что ему остается, это следовать вытверженному тексту, надеясь на одобрение единственного зрителя, который скучает в темном зале, прикрывает зевоту розовой ладошкой, кашляет и шуршит фантиком, жалеет, что его угораздило купить билет на это представление и вечер безвозвратно потерян, но уплаченные деньги заставляют его сидеть на скрипучем бархатном кресле и скучать.
А на улице дождь, теплый летний дождь и асфальт блестит в свете полной луны, спешат прохожие по своим делам, светятся витрины магазинов и кафе, пахнет выпечкой и кофе. Молодой музыкант с пачкой растрепанных нот спешит в свою конурку под крышей, в голову ему пришла мелодия, прозрачная как ледяной родник на дне горного альпийского озера. Ради него, такого юного, я и пишу эту историю. Мне интересно, что написано в письме от некой Н, лежащем в кармане сюртука. Признание в любви, измене ли, провинциальные бесхитростные новости, известие о сестре, вышедшей замуж за соседа-нелюдима и прожектера? Я хочу дождаться того, как он вскроет конверт и прочтет бисерные чернильные строки. Загрустит ли, покусывая кончик ручки, раздумывая над спешным ответом, обрадуется ли нежданному известию и отправиться пить шартрез в каморку консьержа, добродушного старика с розовыми щеками и белыми пышными бакенбардами, делающими его похожим на боцмана.
А что боцман? Он пьет в кабаке и покуривает трубку с вишневым табаком. На берегу это его единственное и любимое занятие. Прислушиваясь к спору соседей-докеров о политике профсоюза, он выпускает клубы белого дыма к потолку. Выдувает кольца, которые составляют тысячи изменчивых миров, населенных счастливыми и несчастными людьми, которым снятся сны, миры, живущие вечно, пока не развеется дым.

 
Монстром он чувствовал себя как-то глупо. То есть умом он понимал, что теперь надо питаться мертвечиной, жить в склепе на кладбище, пугать детей по ночам, шататься неприкаянным по проклятым местам, одеваться в лохмотья, которым стал за два года. проведенные в гробу его когда-то замечательный костюм от «Брук Бразерс», но душа его, если она еще есть, конечно, к этому не лежала. Он поправил ветхие трусы, врезавшиеся в ягодицы и поморщился от омерзения к себе. Не так он себе представлял загробное существование. При жизни Пит принадлежал к анабаптистам и его проповедник Конрад Уиллис, дал ему твердую гарантию, что рай, буде Пит туда попадет, довольно разумно и рационально устроен, с фонтанчиками для питья и страховкой, включающей услуги стоматолога. А в аду конечно, придется стенать беспрерывно, такие правила, ничего не поделать, но человек с твердыми принципами, не гнушающийся любой достойной работы может со временем добиться достойного положения и там. Но что делать, очнувшись на кладбище и осознав, что превратился в богомерзкое чудовище? Что подумают соседи, что скажет жена когда узнает? При мысли о Сью он вздохнул, она слишком консервативна даже для него, выросшего в маленьком городке на Среднем Западе. И ее подруги из Библейского кружка, особенно сухая как кусок оленьего мяса, пролежавшего в пустыне сотню лет Элис Старк, как же она подожмет губы, если до нее дойдет известие, что Пит теперь живет в старом склепе на краю города, ходит в рванье и совершенно утратил представления о приличном. Ночь была прекрасна, на бархатном небе Господь составлял мозаики из звезд, звонко пели цикады, обижено тявкал койот в кустах, у которого Пит отнял собачью кость, и теперь ее с отвращением обгладывал, пахло пылью грунтовой дороги, цветущими бугенвиллиями и тлением, С маленького шага начинается большая дорога, решил Пит и подошел к протекающему ручью, сняв и сложив на валун, поблескивающий вкраплениями кварца в свете луны брюки и пиджак, он погрузился в воду, про себя решив, что первым делом раздобудет шампунь, гель для душа и прочее, как только придумает, как это сделать. Неловко брызгая на тело холодной водой, мешала извинительная скованность мышц, он решил первым делом посетить стоматолога, у которого не был ни разу за все время, прошедшее после смерти и все-таки одеться поприличней. Выйдя на каменистый берег, он оделся, как был мокрый и двинулся в город. У одного трейлера, стоявшего в стороне со спущенными шинами, снял с веревки полинявшие джинсы, белую футболку с логотипом «Ред Сокс» и носки, пообещав себе вернуть деньги при первой возможности. С наслаждением переоделся, бросил тряпье в мусорный бак, стоящий поблизости, спугнув бродячую кошку, с шипением бросившуюся в темноту, посмотрел на свои туфли «Оксфорд» и решил, что надо раздобыть кроссовки. Обувь с джинсами не сочеталась. Дождавшись наступления дня, он принялся бродить по городу в поисках необходимого, при встрече с прохожими прикрывая лицо рукой. Но спешащие люди совершенно не обращали на него внимания, занятые своими заботами и он расслабился. Наконец найдя благотворительный пункт при католической церкви, он вошел внутрь, хотя и сомневался, стоит ли пользоваться услугами папистов даже в таких крайних обстоятельствах. Он долго бродил вдоль стеллажей, ища шампунь без отдушек и красителей, но так и не обнаружив его, взял первый попавшийся с ароматом лимона и зеленого чая, все для гигиены, за исключением зубной нити, которой просто не было, выбрал нижнее белье неведомых марок производителей, джинсовую куртку и кроссовки «Найк» белого цвета, почти новые. Сложив все в бумажную сумку с изображением собора Святого Петра, он переодел обувь и стал размышлять, что делать дальше. Жить на подаяния он не хотел, обратно на работу в консалтинговую фирму его не возьмут, он же официально мертв, да и его место наверняка занято, придется подрабатывать на неквалифицированное работе и он, решив найти ее сегодня же, двинулся дальше. Повезло не сразу, в третьем по счету «Бургер Кинге», которые в городке были на каждом светофоре, требовался официант и его взяли, пока на испытательный срок. Пять долларов в час плюс бесплатный ланч. Менеджер по персоналу, мексиканец Луис, ничуть не удивился, когда узнал, что Пит мертвец. Луис, широко улыбаясь, похлопал Пита по плечу и сказал, что потому и приехал в Америку, что эта великая страна дает шанс достойной жизни, равно чико из Тихуаны, равно крестьянке с Филиппин, и он не видит, отчего приличный покойник, даже монстр не достоин всего самого лучшего, если трудолюбив, исполнителен, аккуратен, чистоплотен и верит в Бога. Пит весь день мотался от стойки к столиками и к вечеру заработал сорок долларов плюс двадцать баксов чаевых. Ему подавали больше всех, потому что он обслуживал быстро и каждому находил, что сказать приятного, сказывалась работа консультантом. Мария, полногрудая латиноамериканка с бархатными глазами явно положила на него глаз и старалась коснуться пышным бедром, снуя от кассы к клиентам. Мария ему понравилась, в ней было то, что недоставало его жене с ее чопорностью и холодностью: едва скрываемая под притворной скромной улыбкой страсть, плавные движения ягодиц, явно рассчитанные на зрителя, искренняя открытая улыбка, но Пит был женат, и не собирался изменять Элис даже после смерти, хотя с юридической точки зрения и даже церковной, он, конечно потерял на нее права, будучи признан мертвым. Пит сдал форменную одежду, переоделся в свою, ему вручили бумажный пакет с вкусно пахнущей едой и он отправился на кладбище, довольный проведенным днем, благодаря Господа, который устроил его и во смерти так разумно. На кладбище было тихо и он усевшись на зеленую траву и прислонившись спиной к старому могильному камню, принялся за ужин, запивая еду диетической колой, купленной в аптеке и стараясь не думать ни о холестерине, ни о калориях, Кто-то закрыл ему свет заходящего солнца и подняв голову, он увидел вытянутое лицо с лошадиными зубами и жесткий взгляд серых глаз. Незнакомец был одет в черную пиджачную пару с красной розой в лацкане, длинные ногти на руках у него были покрыты черным лаком.
- Новичок, - прошипел он, - ты должен питаться как все, старыми костями и свежей человеческой плотью. На первый раз прощаю, но в следующий будешь наказан. Можешь звать меня мистер Труп. С «п» на конце, не «б». Он протянул ему кипу сброшюрованных бумаг.
- Вот, правила «Ассоциации владельцев могил и склепов», изучи и следуй, взносы вносятся невинными младенцами в ночь Хеллуина. Просрочка карается пени, неуплата — исключением. У нас здесь приличный район, так что всякий сброд мы не потерпим. Все понял?
Пит ошеломленно кивнул и мистер Труп рассыпался на тысячи черных жучков, которые растеклись ручейком по кладбищенским тропинкам, оставив ощутимы запах серы и тухлых яиц.
- Не обращай внимания, Труп полный придурок! - услышал он голос и обернувшись, увидел чернокожего парня во фраке и цилиндре, с белоснежной улыбкой протягиваюшего ему руку в белой перчатке. Меня зовут Чак.
Пожав ее, Пит спросил, - А как же быть? Я не хотел бы портить отношения с кем бы то ни было в первый же день.
- Я построил себе хижину из старых гробов за оградой и никто не смеет сунуть ко мне нос. Работаю на дискотеке диджеем, а ем черных куриц, я с Гаити, мне можно, - ответил Чак, закинув в рот большого жука из пакета с надписью «Полуночный десерт», - Чипсов хочешь?
- Нет, спасибо, я не голоден. Рад был познакомится Чак, а теперь мне пора идти.
- Заглядывай, смольнем косячка, оттянемся по полной, чувак, не сомневайся, - проговорил новый приятель и растаял в воздухе.
Пит поднялся с земли, отряхнул руки и огляделся вокруг, уже стемнело и на кладбище начиналась призрачная ночная жизнь, двигались между могилами тени, раздавался шепот, неподалеку раздавались влажные причмокивания вампира, двое влюбленных вурдалаков, юноша и девочка подросток впились друг другу в губы так, будто пытались засосать партнера целиком, какая-то старушка выгуливала скелет собачки, вооруженная совочком и пластиковым пакетом для отходов и проходя, кивнула ему. Покрытый трупными пятнами мужчина в спортивном костюме с наушниками махнул ему рукой, пробегая мимо. Пит помахал ему в ответ.
Надо решать, что делать дальше. Придется объяснится со Сью, как бы не хотелось этого делать. Пит двинулся в город, он почувствовал, что попадая в лунный свет, начинает скользить по воздуху, не касаясь земли, пару раз чуть не упал, но затем приноровился и скоро уже был перед своим домом. Свет в гостиной горел и он постучался в дверь.
- Кто там, - раздался голос жены.
- Это я , Пит, - открой дверь! -
Дверь отворилась и перед Питом предстала Сью. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего.
- Пит О.Брайан, как ты объяснишь свое появление? Разве нельзя было позвонить и предупредить? - поджала губы жена. Где ты был два года? Вся эта история с похоронами была подстроена? У тебя другая женщина и ты не придумал ничего лучшего, чем просто исчезнуть?
- Сью, я действительно умер, честно. Теперь я монстр, но я уже нашел работу, придется начинать с низов, но у меня преимущество, теперь я бессмертен. Это неплохо для карьерного роста. Знаешь, Сью, это открывает новые возможности.
- Заходи в дом и тщательно вытри ноги, - проговорила супруга и отошла в сторону, освобождая проход. Пит прошел, с облегчением вздохнув и увидел как все изменилось. Его вещей не было. Школьные кубки исчезли с каминной доски, пропало и его любимое кресло перед телевизором, вытертое и продавленное ровно так, чтобы было удобно проводить в нем долгие часы отдыха. Вздохнув, он уселся на стул и откашлялся.
- Нашла себе кого-нибудь, Сью? - спросил он.
- Пит, тебя не было два гребанных года, мне было грустно и одиноко! - вздохнула жена.
- Понятно, Сью. - отвел он взгляд. - ну спасибо, что пустила и выслушала меня. Сью заплакала, закрыв лицо руками и Пит, поднявшись, вышел на улицу, тихо притворив за собой дверь. Дома и жены у него теперь нет, на кладбище больной на всю голову мистер Труп. Совершенно непонятно, как быть, за советом к проповеднику обратится нельзя, тот просто проклянет его, формально Пит теперь порождение тьмы и зла и рассчитывать на помощь церкви не приходится. Через полчаса Пит был перед хибарой Чака. Отыскать ее оказалось просто из-за громкой музыки и густого аромата марихуаны. Внутри теснилось человек тридцать, в основном чернокожие. Девицы в открытых топах и мини-юбках, парни в спортивных костюмах с золотыми цепями и сверкавшие бриллиантами в зубах, перед входом стояли дорогие машины, на капотах которых были расставлены батареи бутылок со спиртным, в салонах тачек лизались парочки, одна машина мерно подрагивала в такт мокрым шлепкам и оттуда доносились страстные женские стоны. Чак сидел на диване между двух пышнотелых девиц, одна из которых запустила руку ему в ширинку, а вторая с энтузиазмом лизала негру ухо, будто оно требовало срочной очистки. - Ке пасо, мен! - заорал Чак в сдвинутом набок цилиндре, - хочешь нюхнуть, сегодня у меня колумбийская дрянь, розовая, хрен такую чистую найдешь! Пиво в холодильнике, Тапи, это Пит, мой друг. Пит, это Тапи, - толкнул одну из девиц к нему Чак. Тапи немедленно стала расстегивать зиппер Пита, опускаясь перед ним на колени и облизывая губы. Одной рукой сдерживая девушку, другой пожимая ладонь Чаку, Пит спросил:
- Можно у тебя преземлиться на ночь?
- Да хоть навечно поселяйся, нормальным парням я всегда рад. Гробы в сарае, но я предпочитаю спать на водяном матрасе, чувак, сечешь? Он колыхается в такт и Чак, задвигал бедрами.
Пит проснулся утром между двух голых девиц, осторожно встал, стараясь не разбудить их. Повсюду спали полураздетые гости и Пит пробрался к выходу. В закусочной Мария широко улыбнулась при виде него и усиленно завиляла бедрами. День прошел быстро, получив свой сороковник, Пит вышел на улицу. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая перистые облака во все оттенки спелого апельсина, дул приятный после дневного пекла ветерок. Мария, в тесно обтягивающем платье, размахивая поддельной сумочкой «Гуччи» подошла и робко спросила, потупя взгляд:
- Вы не проводите меня домой? Моя машина сломалось и я боюсь идти одна. Пит взял ее за руку, они шли мимо заправки, мимо рекламных щитов по краям шоссе, которые обещали море секса и беспредельного счастье от покупки джинсов марки «Глори» или пользования услугами Ассоциации страховщиков. Дом Марии был окружен зеленой лужайкой, на которой росли кактусы и суккуленты. Внутри было бедненько, но чисто. Работал старенький телевизор, по которому смотрела сериал «Том и Джерри» темноволосая девочка лет семи, с худенькими плечами и тонкими ножками.
- Лизи, поздоровайся с мистером О.Брайаном, - велела Мария.
Девочка встала, протянула Питу ручку и серьезно глядя тому в глаза, проговорила:
- Вы будете моим папой, мистер монстр?
Пит вдохнул от неожиданности, затем улыбнулся, погладил ребенка по голове и ответил мягким голосом:
- Да, милая!
 

Мучительное падение в огненную пропасть сменилось постепенно возникшим из пламени городским пейзажем. Он все-таки оказался в аду. Бен не был религиозным человеком, не посещал церковь, не верил в рай и ад. Считал, что в нем нет ничего такого, что Богу могло придти в голову, если у него такая имелась, сохранять с целью наказания или поощрения вечно. Он считал, что Создатель, возможно некое вселенское существо или просто синоним природы, придуманный для удобства речи, чтобы не подчеркивать свою конфессиональную принадлежность и не вызывать неловкости в беседе с католиком или протестантом. Так что христианское пекло, посреди которого он очутился было для него большим сюрпризом. Странно, особых грехов за ним не водилось, если не считать заурядной интрижки на семинаре по продвижению товаров и услуг в Атланте, в которой он так и не признался Пэт, хотя его и мучила совесть. Но рыжая девица, предпочитавшая анальный секс всем видам развлечений из тех, что предлагали организаторы мероприятия вроде посещения Центрального олимпийского парка, овечьей фермы или шоппинга была так хороша в постели, что он часто вспоминал ее и даже мастурбировал при этом в душе и в общем-то ни о чем не жалел. Что до остального, не считать же грехом замученных муравьев и кузнечиков в пятилетнем возрасте, когда он только начинал исследовать мир и его интересовало, что такое боль и смерть.

Может быть, он еще в больнице, только впал в кому и жена с дочерью разговаривают с ним, держа за руку в надежде, что он слышит их? Нет, точно нет, пейзаж вокруг был слишком реален. Всюду, куда достигал взгляд, были правильно расчерченные на геометрически безупречные квадраты заасфальтированные улицы с разноцветными параллелепипедами огромных зданий, возле которых были устроены просторные парковки, на ближайших к нему строениях надписи гласили «Уолл-март» и «Купи дешевле и сэкономь». Господи, да тут одни магазины, не видно ни котлов с кипящим маслом, ни чертей с вилами, ни раскаленных сковородок. Вон вдалеке сразу три сине- желтых кубика «Икеа», вон «Леруа-Марлен» и рекламные вывески с красотками на плакатах, довольно откровенные, надо сказать. Некоторые модели на них были изображены вовсе без одежды и в соблазнительных позах, куда только смотрит городской совет? О чем это я, какой городской совет? Все таки способность человеческого разума мгновенно адаптироваться к любому изменению ситуации великолепна на гране идиотизма. Я умер минуту назад и думаю о городском совете посреди ада, что за черт! Улицы были полны толпами хорошо одетых людей, некоторые из них несли яркие пакеты с покупками и эти прохожие не выглядели испуганными или страдающими. Многие даже улыбались.

Бен, внимательно поглядел вокруг и решил зайти в ближайший гипермаркет. Стеклянные двери перед ним распахнулись и он проследовал внутрь. На входе к нему подошла улыбающаяся девушка-подросток, видимо подрабатывающая на каникулах школьница и протянула яркий красный конверт с изображением языков пламени и золотой пентаграммой.

- Поздравляю, компьютер выбрал вас победителем лотереи и вам вручается кредитная карта с неограниченным кредитом, дисконтная карта, обратите особое внимание, что максимум скидок предоставляется в утренние часы и по праздникам вроде Хеллуина и Вальпургиевой ночи, кроме того, действуют подарочные купоны. Карты именные, активации не требует, пинкод на кредитной 666. Легко запомнить, просто пользоваться! Это наш девиз. Прошу вас и помните, что все сотрудники магазина всегда с радостью вам помогут. Бен поблагодарил девушку и взял конверт. Внутри было две карты и место для подписи клиента. Квадратик, куда для скрепления договора, нужно было капнуть кровью. Прилагалась и золотая булавка в одноразовой прозрачной упаковке. Присев на пластиковый стул в ближайшей закусочной, это оказался «Бургер-Кинг», уколол булавкой палец и капнул кровью на квадрат с вписанный в него головой Бафомета. По конверту прошла красная волна и карты сами упали к Бену в раскрытую ладонь. Они были желтые с металлическим отливом и странно тяжелые. Он подумав, попробовал одну на зуб и понял, что она сделана из золота. К нему порхнула девица лет двадцати с веснушчатым лицом и открытой улыбкой и он заказал кофе, бургер и картошку. Решив, что хотя еще очень рано, но сегодня можно нарушить правила, взял бокал пива. Девушка принесла заказ через минуту и улыбнувшись очаровательной улыбкой, пожелала удачного дня. Бен отпил пиво, оно оказалось чуть кисловатым на вкус, то ли сорт такой, то ли просроченное и решил не рисковать. Не хватало еще расстройства желудка в первый день в аду! Отодвинув бокал, он принялся есть бургер. Бен смотрел на проходящих людей, неподалеку от его столика бил фонтан из раскаленного металла, от которого веяло жаром. Не похоже, что его ждали вечные страдания или запредельная боль, не было вокруг и сверхъестественных сущностей с когтями и острыми зубами, только толпы покупателей, выглядящих вполне расслабленно. Подняв взгляд, он увидел банкомат в углу, у которого стоял толстяк в майке с Мерлином Мэнсоном, дальше был стенд со свежей прессой, интересно, какие новости в преисподней, еще дальше были витрины с ювелирными украшениями, у которых со скучающим видом стояла домохозяйка из пригорода, судя по одежде, держа в руках и рассматривая жемчужное ожерелье. Все выглядело каким-то обыденным, мирным, походило на обычный воскресный день в городе. А как же наказания грешников? Если таков ад, то каков же рай? Может там скидок больше или выбор товаров богаче? Но и здесь глаза разбегались от обилия представленного. Подвоха вроде нет. Тогда чем так плох Везельвул? Может быть у него скверный пиар-отдел, но ведь он может себе позволить лучшее. Если все это принадлежит ему, то в деньгах он явно не ограничен. Бен закончил с едой, отнес поднос с мусором и расплатился картой. Парень за стойкой был явно латиноамериканского происхождения.

  • Послушайте, я новичок здесь, скажите, в чем подвох?, -решился спросить наконец он.

  • - Подвоха никакого нет, все такое, как и выглядит, - ответил парень и протер стойку тряпкой.

  • - Так в чем же наказание? - не успокаивался Бен.

  • - А вы попробуйте выбрать запонки для галстука из миллиардов здесь представленных в первую тысячу лет или обезжиренный йогурт во вторую и начнете понимать. Вечность в гипермаркете. Представьте себе, шоппинг, растянутый на миллионы лет, без смысла и цели, нам же ничего из этого совершенно не нужно. Я работаю тут, чтобы хоть чем нибудь заняться, у всех здесь неограниченный кредит. Нет книг, кроме сочинений Лавкравта,пособий для достижения успеха и женских романов, вы можете написать свою, но ее никто не издаст, по радио только тяжелый металл и кантри, кинотеатрах только фильмы ужасов и черно-белые вестерны, все пространство заставлено магазинами и многоэтажными монстрами жилищ, не знаю, что в этом хорошего? Здесь царит вечность, то есть ничего и никогда не меняется. Бен поблагодарил продавца и пошел дальше, думая что парень просто пессимист, наверное и при жизни был недовольным нытиком. Сразу к нему подскочили трое сотрудников магазина с бейджиками на форменной одежде.

    - Сэр, загляните в наш отдел, «Все для садоводства и отдыха, туризма и охоты», самый лучший выбор в адской долине.

  • _- У вас можно заниматься туризмом? -обрадовался он.

  • - Нет сэр, туризма у нас нет, но товары для него есть — смущенно пробормотал парень.

  • К нему подбегали все новые и новые продавцы. Кто-то просил его купить нижнее белье «Сикрет сервис» в подарок жене, другой предлагал посетить распродажу зимних курток ведущих производителей одежды, третий, вцепившись в рукав, советовал выбрать страховку на случай смерти и Второго пришествия, девушка с совершенно отчаявшимся взглядом умоляла его приобрести тостер с функцией электронной почты и встроенным барометром, лысый старик пытался продать инвалидное кресло и ходунки из чистого золота. Продавцы все прибывали и прибывали, шум их голосов становился громче и громче. Потом один из них толкнул другого и началась жестокая драка, в которой продавец кухонного оборудования использовал ножи с вечной гарантией из японской стали, менеджер отдела туристического оборудования пустил в ход топорик, девица, продававшая тостер острым каблуком ударила старика в живот и тот согнулся от боли. Страховщик катался по полу с ювелиром, кусая того за ухо. Но раны, нанесенные друг другу, моментально заживали, кровь переставала течь, откушенное ухо прирастало обратно. Бен стоял посреди этой свалки совершенно растерянный и не знал, как вырваться из нее. Тут он почувствовал, что его тянут за рукав и обернувшись, увидел средних лет мужчину. У него были седые волосы и четко очерченная волевая челюсть. Взгляд был суров и прям.

  • - Сынок, не обращай внимание на идиотов, будь настоящим мужчиной, завербуйся в армию, идет подлая ценовая война между сетями «Макдональдс» и «Бургер Кинг». Мерзкие поклонники Рона Магдональда пустили в ход отравляющие газы и нам нужны парни вроде тебя, знающие, что лучшая картошка в «Бургер Кинг», я видел, что ты ел на правильной стороне.

  • Бен затравленно улыбнулся и бросился прочь, свернув в проход направо, он побежал вдоль витрин с товарами и не останавливался, пока не выбился из сил. Отдышавшись и вытерев пот со лба пот рукавом, он вспомнил, что не захватил в ад носовой платок, вечная его рассеянность. Подошел к продавцу и спросил:

  • - Скажите, а где в вашем магазине можно купить носовой платок?

  • - Да, сэр, с удовольствием помогу вам. Первую тысячу лет идите по отделу женских гигиенических принадлежностей, потом сверните направо и еще тысячу по кормам для животных, потом будет отдел автомобильных шин, затем все для барбекю и увидите лифт. Поднимитесь на трехсот миллионный этаж, это всего лишь сотню лет, там и будут платки. Заблудится у нас невозможно.

  • _ Спасибо, парень, ты меня выручил, - сказал Бен и двинулся дальше, совершенно не спеша, ведь впереди была вечность.